Видимо, у меня на лице отразилось всё, что я об этом думаю, потому что, прежде чем я сумела что-то сказать, муж бессовестно расхохотался и предложил:

– Ты сперва посмотри, а потом артачься. Это не желание, если что, но мне будет приятно.

Я только глаза закатила. Так нагло мной не манипулировали никогда! И желание не потратил, и практически поставил в безвыходное положение.

Однако стоило мне достать первую вещицу, как я тут же забыла, что меня тут обижают, и помыкают и вообще бедная я несчастная, да-да, так я себе и поверила. Обновки были потрясающие! Лёгкие, красивые, украшенные вышивкой и кружевом, из нежной приятной ткани. А, главное, в меру развратные. То есть я и в прачечную отдавать со стыда не сгорю, и перед Димитрисом в таких с удовольствием пощеголяю.

Примерила я всё! Вертелась счастливая перед зеркалом, а муж, улёгшись на кровати, с нескрываемым удовольствием за мной наблюдал. Ночь мы провели волшебно, как и весь следующий выходной. Я умудрилась забыть практически обо всём: о том, что должна мужу ещё семь желаний; что наши отношения держатся на волоске; что за нами бегает один надоедливый тип и хочет разрушить наш брак.

Но о последнем мне напомнили. Стоило мне сесть за работу, как посыльный принёс очередную записульку от Киана, в которой тот костерил моего мужа на чём свет стоит и вызывал на дуэль. И, пока я её разрывала на клочки, Жади с тяжким вздохом подложила мне тонкую папочку с новым делом.

– Вам очень не понравится, – сообщила она сразу.

– Слишком сложное? – вздёрнула я бровь.

– Не в этом дело, – заинтриговала она.

Мне вообще мало что из этой лабуды нравилось. То какие-то идиоты договориться по-честному не могли, то жулики пытались всех обмануть – дела приличнее и попроще до меня просто не доходили. Но чтобы помощница точно знала, что мне не понравится, так ещё и очень…

Как только я увидела имя ответчика, сразу поняла, в чём дело. Некто Кианитоокий и Меднокрылый расквасил кому-то нос и отказался компенсировать ущерб. Естественно, на него тут же подали в суд, а дела уважаемых представителей кланов рассматривать могла только я.

– Я могу просто сразу впаять ему максимальное наказание? Что там у нас? Штраф и общественные работы?

– «Или», – поправила меня Алекса. – Ущерб здоровью совсем небольшой. В данном случае либо денежная компенсация, либо общественные работы, если виновник не может компенсировать. Тогда он отрабатывает, а государство выплачивает компенсацию.

Не нравилось мне ни так, ни сяк. Платить за Киана не хотелось, но и позволить ему откупиться деньгами тоже казалось неправильным.

– А ещё без заседания вынести решение не выйдет, – вздохнула Жади. – Киан заявил, что готов дать какие-то показания, которые могут повлиять на вердикт.

– Гадёныш, – тут же отреагировала я. – Как хорошо без него было, а. Вот не мог он найти себе там в монастыре кого-то?

– Там же одни куртизанки, чтобы ученики на стенку не лезли да не вышли совсем юнцами, – рассмеялась Алекса, у которой кажется кто-то из двоюродных братьев туда летал.

– Недоработка, – пробормотала я и потребовала: – Принеси мне все статьи, которые регулируют причинение вреда здоровью. Хочу посмотреть, что из этого можно выжать. И на пятницу можно назначить заседание – раз он так желает встретиться… посмотрю хоть на него.

В перерывах между изучением проблемы, какое максимальное наказание я могу навешать Киану, я отрывалась и на другие дела. Они мне сразу казались крайне простыми и не вызывали даже привычного раздражения. Но к концу дня я поняла, что по вопросу Киана мне нужна консультация мамы.

Подхватив с собой все необходимые документы, я отправилась на аудиенцию к княгине. Мне повезло – она оказалась свободна. Точнее недостаточно сильно занята, чтобы отказать мне в совете.

Когда я зашла, на меня даже взгляд не подняли, но я привыкла. Позвала пять раз, на шестой, наконец, княгиня оторвалась от работы, и я, порядком устав, в лоб заявила не совсем то, что планировала:

– Мне не хватает формы наказания «дать в нос». Как думаешь, можно попросить добавить?

– Нельзя, – машинально ответила мама. – У нас прогрессивное государство, мы не можем допускать членовредительства.

– Даже если виновный до этого сломал нос истцу?

– Даже так. Кто это у нас разбуянился? – вздёрнула бровь княгиня.

– Киан. Подозреваю, он ищет со мной встречи и создал липовый повод, – проворчала я, хотя мама, наверняка, и сама бы догадалась.

– Киану можешь дать в нос просто так, только лучше бей в форме дракона и хвостом. А он вот обернуться не должен, – предложила она весьма дельный вариант, но я подозревала, Киан на такое не пойдёт, поэтому вздохнула и перешла ближе к делу:

– Ладно, на самом деле у меня другой вопрос. У нас в законах либо штраф, либо отработка за такое положена. Но штраф для Киана – сама понимаешь… А желание так со мной встречаться надо отбить.