Простите, что мои глаза светилисьлишь тусклым светом океанской пены,простите, что у моего пространствани гавани, ни края,ни конца.Всегда был монотонным мой напев,а слово — будто сумрачная птица,как живность меж камней,как неутешностьстудёной, вечно девственной планеты.Простите за сквозную непрерывностьводы, камней и пены, за абсурдприливов — здесь моё уединенье,здесь соль кусает стены моеготаинственного бытия, где я —лишь малая частицамирозданья,всегдашней дали, чьи колоколаеё дробят и множат в стольких волнах, -часть тишины, чьи водоросли тихоопутывают тонущий напев.
