Раздается телефонный звонок. Елена берет свой сотовый, внимательно, с удивлением, смотрит на экран.

Вот, не успела, подумать, что они скажут, а Машка уже звонит… (Проводит пальцем по экрану, включает громкую связь.)

Елена (настороженно). Алло?

Маша. Але, мамулька! Привет! Ты что, меня не узнала? Ага! Разбогатею, значит!

Елена. Как же – разбогатеешь ты…

Маша. А что? Вот выскочу замуж за богатого папика…

Елена (перебивает). Я тебе выскочу! Чего надумала – за папика! То же мне – выскочит она!… Ты, Маша, лучше кого-нибудь посвежее себе найди. Ты чего звонишь? Сообщить мне это свое решение?

Маша (несколько ошарашена ответом матери). Мам, ты что, какое решение? Это просто так – продолжение текста. Никаких решений и папиков. (Веселым голосом.) Мама, женское счастье – это любовь, страстная, безумная, нежная и единственная. Как у вас с папой. Ладно. Все! Проехали. А звоню я тебе, чтобы сообщить, что скоро приеду и очень хочу есть… Приготовь что-нибудь, а?

Елена. А что?

Маша. Ну… не знаю… На твое усмотрение. Что-нибудь вкусненькое… Ты же умеешь…

Елена. Хорошо. Что-нибудь придумаю.

Маша. Ма, а папа дома?

Елена (отвечает не сразу. В голоса слышится плохо скрываемое раздражение). Нет. Ушел куда-то.

Маша (с удивлением). Куда-то? Что, и… не сказал куда?

Елена (резко, со злостью). Не сказал. В магазин, наверное.

Маша. Странно. Так.. Вы что, опять поругались?

Елена. Не опять, а снова.

Маша. Так… Ма, вы там что, снова разводитесь?

Елена. Нет. Опять.

Маша. Понятно. Ладно, приеду – разберемся, что там у вас. (Отключается.)

Елена смотрит на телефон, качает головой. Потом кладет его стол. Подходит к холодильнику, достает продукты. Кладет их на разделочный стол.

Елена. Разберется она. Разборщица. Ой, Господи, да что ж это я… (Выходит и быстро возвращается с зеркалом и косметичкой. Ставит зеркало на стол, садится открывает косметичку.) Не дай Бог, Сережка, вернется, а я тут такая… (Она быстро приводит в порядок лицо, смотрит в зеркало, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, и удовлетворенно хмыкает.) Вот. Другое дело. А то расквасилась…

Елена отбивает мясо, включает газ, ставит на плиту сковороду. Раздается звонок в дверь.

Елена. Опа! Машка! Эх, не успела. (Вытирает руки бумажным полотенцем и идет в коридор.)

Слышно, как поворачивается ключ в замке, потом раздается голос Маши.

Маша. Привет, мамулька! (Слышен звук поцелуя.) Папа не вернулся?

Елена. Нет.

Маша. Понятно, мамочка. Видно, крепко вы тут поцапались.

Елена. Не твое дело.

Маша. Ничего себе – не мое! А чье? Ой, помоги снять куртку… Елена. Наше…

Маша. Вот именно – наше! Твое, мое и папино!

Елена. Ага, ты скажи, что еще Савелию не все равно!

Маша. Мама! Он ваш сын! И ты зря думаешь, что Савве всё по барабану! Вы что, родители?! С взрослыми детьми надо считаться больше, чем с малыми.

Елена. Со всякими надо считаться. Да не всегда получается.

Входят на кухню. Маша лицом очень похожа на отца. Высокая, стройная, с горделивой осанкой. Она чуть выше Елены. Красивая.

Маша. Ладно, делись. А лучше – колись, из-за чего сейчас схватились? Кто начал?

Елена. А ты у своего любимого папочки спроси. Я думаю, он тебе все расскажет, если не постыдится… Я с ним развожусь.

Маша. Что, так все серьезно?

Елена. Для меня – да, серьезно. Для него – не знаю. Кажется, нет.