У моей прабабки были магические способности. У моей бабки. У мамы. У тётки. И даже у сестры. У меня – не было. Зато у меня густые рыжие кудрявые волосы, зеленые глаза с длинными жгуче – черными ресницами и высокие скулы. В нашей семье среди всех талантливых женщин, отмеченных печатью дара, я одна внешне похожа на ведьму. А потому – визитная карточка нашей семьи.

В мои обязанности входит открыть клиенту дверь, посмотреть строго и томно из-под опущенных ресниц. Затем, неспешно покачивая бедрами, проводить в полумрак комнаты, в святая святых – место, где творят колдовство мои не слишком привлекательные родственницы.

Ещё у меня есть черный кот подранок – Дар. Маленький дрожащий комочек я отобрала у стаи собак, а потом отстояла и в своей семье – кота успели подрать и для приема гостей он не годился. Но я была непреклонна – если выкинут кота, ухожу и я.

Как вы понимаете, готовила и всё делала по дому тоже я. Остальные были слишком заняты ритуалами, изготовлением зелий и талисманов, сбором трав – даже до этого меня не допускали. Я собирала только грибы и лесные ягоды.

За ужином собиралась вся семья. Звенели амулеты и талисманы, из карманов появлялись на свет новые зелья, состав и ингредиенты которых горячо обсуждались. Хвастались гонорарами, предсказывали погоду, делились забавными историями. Я тоскливо прижимала к себе Дара – мне сказать было нечего. За порогом меня ждала огромная корзина грибов, и посуда после ужина сама себя не вымоет. Я тихо встала из-за стола и проскользнула на задний двор. Полежу в стоге сена – полчаса, но мои. Глаза устало закрылись.

Проснулась я от диких пронзительных воплей. Когда я забежала в избу, там уже никто не кричал. Четыре самые близкие мне в мире женщины плавали в лужах своей крови. По дому метались тени с шапками на лице, безошибочно доставая деньги из заначек, выгребая драгоценные камни, круша все, что для них не представляло ценности. Хрустели под ногами разбитые пузырьки с зельями.

– Дар! – громко позвала я котенка, немало не заботясь о собственной безопасности, – Дар, где ты?

Тени прекратили метаться и слаженно двинулись по направлению ко мне. Но мне было уже все равно. Тяжёлая волна ненависти захлестнула меня. Понимая, что это последний миг, я страшно закричала:

– Кто вы?

На силуэтах синхронно лопнули маски, и я узнала компанию, которая была у нас на прошлой неделе. Купили несколько лечебных отваров и спросили дорогу. Не зря мне не понравилось, как жадно их бегающие глаза обшаривали избу. А сейчас они равнодушно перешагивали через неподвижные тела моих родных, приближаясь ко мне.

Этого не могло быть на самом деле! Я хотела проснуться, услышать смех за столом, пойти уныло чистить грибы.

– Гори все синим пламенем! – завопила я, и в избе красиво и страшно вспыхнули четыре силуэта.

Впитывая их крики, я поняла, что наконец-то обрела Дар – сильный, неистовый, неукротимый. Он пульсировал, бился внутри меня и просился наружу. Только вот цена, заплаченная за него, была слишком велика.

– Дар! – сквозь слезы прошептала я и проснулась в колючем стогу.

Из избы доносились смех и голоса. Рядом тихо урчал, прижавшись ко мне, котенок.

– Сон? Такой яркой сон? – не поверила я, – Да гори все…, – я осеклась, увидев, как у меня под ногами неспешно загорелась солома, и поспешила затоптать робкое пламя.

Кажется, грибами и посудой отныне заниматься буду не я.

– Проходите, ждем вас, – я улыбнулась в меру таинственно, в меру строго (знай, куда пришел, тут дела серьезные творятся – чай, не бордель).

Пропустила клиента в полумрак клетушки, где сегодня принимала тетка. Дверь захлопнулась, и я непроизвольно вздрогнула и чуть не уронила свечу. Если вы подумали, что я встречала клиента с зажженной свечой, то вы почти угадали – я должна была его так встречать! Но я встречала его со свечой за спиной —нормально, как все люди, зажечь не успела, а тренировки снова ничего не дали.

Прошло уже два месяца с обретения мною дара – дара стихии огня. За это время с помощью него я подожгла ненавидимые мною половички у входа, пару мышей, которые внезапно для меня, на свою беду, попытались пробежать по избе, тарелку манки, которую как в детстве попыталась запихнуть в меня мама, и взбесившую меня своим нытьем сестру. Последнюю сразу же потушили.

Зато мама весь вечер не могла успокоиться, причитая, что такой бестолочи, как я, и дар достался неуправляемый и бестолковый. Все, мол, никак у людей.

Но зажечь свечу или что-то полезное в нужный момент по желанию так и не смогла. Вот и сейчас я тупо таращилась на свечу добрых два часа. Попытка подключить эмоции, а именно разозлиться на свечу, с треском провалилась. Злилась я только на себя за напрасно потраченное время. Ужасного монстра на месте свечи моё воображение тоже рисовало с неохотой. Ничего не происходило. Я пялилась на свечу, она в ответ на меня. Ни я, ни она от взглядов друг друга не зажигались.

Приходилось признать – даром управлять я не умела. Видимо, права мама.