Николай Блохин
ВРЕМЯ - ДЕНЬГИ
Дорогие друзья и подруги! Я в науке скачок произвёл. От большого ума на досуге Гениальную вещь изобрёл.
Почесав, как положено, в темени, Я в натуру чертёж перенёс. Получилась машина времени, И назвал я её "хроновоз".
С циферблатами на панели И окном из тройного стекла, С индикацией дня, недели, Года, месяца и числа.
Наконец я закончил машину, Помолился аллаху в углу, Искупался, забрался в кабину И ремнём пристегнулся к седлу.
Рычажок остановки конечной Я поставил на следующий год, Попрощался с семьею сердечно И тихонько поехал вперед.
За минуту сменилась погода, За другую - опала листва... Вот уже промелькнуло полгода... От волненья кружит голова.
Хроновоз на рессорах качнуло, Я промчался сквозь время шутя, Очутился я снова в июле, Но четыре квартала спустя. Я откинул колпак над сиденьем И протер циферблаты любя. Вдруг почувствовал я с изумленьем, Что сижу и смотрю на себя.
В этой самой зелёной жилетке И знакомых до боли штанах Я гляжу на себя с табуретки, Находясь от неё в двух шагах! Тут сказал я (который в машине): "Ты чего, здесь расселся, нахал?!" Он ответил: "Какая скотина! Я тебя дожидаться устал!
Ты, родной мой, большая тупица. Через год ты поймёшь, почему. Ты же должен ко мне заявиться, Раз поехал к себе самому!"
Разобраться тут было непросто. Не вступая в запутанный спор, Я достал из багажника острый, Небольшой, но тяжелый топор.
"Это я-то большая тупица? Получай топором, ренегат!.." И, спасаясь от здешней милиции, Я по времени двинул назад.
Хроновоз задрожал телесами, Потянул я за тормоз ручной. Календарь на стене под часами Показал понедельник родной.
С этим будущим только заботы, И теперь я туда не ездок. Отдохнув, я на автопилоте Повернул голубой рычажок.
В глубь веков я направил машину И в минувшие дни заглянул. Как механики - кинокартину, Я прошедшее вспять повернул.
Повторились в обратном порядке Все события прошлых веков. Раскрывались былые загадки, Уменьшалось число дураков. В лоно церкви вернули Толстого, Обрели футболисты престиж, И с победой из-под Ватерлоо Бонапарт возвращался в Париж...
А на юге, где зреют маслины, Там, где нынче святые места, Под ликующий крик Магдалины Оправдали в Синоде Христа.
Проиграл головное сраженье И из Мексики изгнан Кортес... Словом, я, к моему изумленью, Временных насмотрелся чудес.
И теперь, дорогие собратья, Земляки вы мои и друзья, Вам хочу, наконец, рассказать я, Чем закончилась повесть моя.
Из далеких времён я вернулся И в аварию сразу попал. На декретное время наткнулся И машину свою поломал.
Шатуны разлетелись как спички, Все приборы стоят на нулях. Так подайте ж, братишки, сестрички, На починку четыре рубля!